Юзеф, наш относительно новый коллега из Туниса, спрашивает меня, как правильно пользоваться рождественским календарем, и не грех ли это, расковырять его полностью и съесть весь шоколад сразу.
Успокаиваю его, что это не грех, а на грех чревоугодия в календаре шоколада не наберется.
Хольгер это все слышит, и потом тихонько говорит, что новоприбывшим мусульманам в Рождество может быть очень странно. Что вокруг все празднуют, а они нет.
- ... и вообще, - говорит Хольгер. - Не только мусульманам. Например, атеистам.
- А что атеисты? - удивляюсь я. - Я вот праздную Рождество. И А. празднует. Мы это дело очень уважаем.
- И елку ставите? - уточняет Хольгер.
- И ставим, и наряжаем, - говорю я. - И подарки под ее кладем, и праздничный ужин готовим, и печеньки с глазурью в виде снежинок и ангелов печем.
- Но вы же атеисты! - Хольгер сбит с толку. - Какие же тут ангелы?
- Но вы же не продаете других формочек для печенек, - говорю я. - А атеисты тоже любят печеньки!
Хольгер не сдается.
- И все равно, Рождество - это религиозный праздник. Как его можно праздновать, не будучи религиозным, или, тем более, будучи мусульманином?
- Да всем пофиг на твою религию в Рождество, - говорю я. - Ты бы еще День Валентина в религиозные праздники записал. Или тебе жалко, что мы его празднуем?
- Что ты, что ты! - Хольгер очень неуверенно себя чувствует, когда ему кажется, что его могут уличить в какой-нибудь нетерпимости. - Празднуйте, конечно. Это же и правда хороший праздник.